![](https://un-comm-ukr.ucoz.ru/_ph/2/2/232108728.png?1715670382)
Актуальность ленинизма
Перес Мартинес
От реакции газеты «Мысль»: Мы не раз знакомили наших читателей со страницами жизни, а также работами товарища Мануэля Мартинеса (Аренаса), Генерального секретаря Партии коммунистов Испании (восстановленной), уже более 20 лет томящегося в неволе. Мы призывали и призываем всех левых и стремящихся к справедливости людей высказывать свою поддержку Мануэлю и его соратникам и протест против его многолетнего заключения.
Тем не менее, Мануэль все эти годы в строю и остается признанным и уважаемым соратниками руководителем партии. Его статьи, вылетающие из тюремных застенков, помогают товарищам на воле бороться за лучшую жизнь для народа своей страны, да и трудящихся всех стран, бороться за социализм.
Недавно мы получили статью Аренаса, которую он предворяет словами о необходимости знакомить с трудами Ленина товарищей-рабочих, показывать актуальность заветов Ильича, а также чтить его память.
Ниже – упомянутая статья Мануэля Мартинеса.
Говоря сегодня о ленинизме, мы обязаны начать с вопроса его актуальности, поскольку, как известно, именно по этому поводу злословят клеветники-ревизионисты и другие «критики», отрицающие ленинизм, и обвиняют нас, тех, кто его защищает и его придерживается, в «левачестве и догматизме».
В объёме одной статьи невозможно рассмотреть все ленинские идеи и принципы, но мы можем приблизиться к пониманию глубокого исторического, теоретического и практического значения ленинизма, вернувшись мысленно к тому моменту, в который Ленин, вместе с другими русскими коммунистами (в тот момент ещё называемыми социал-демократами), начинали борьбу за строительство Партии.
Как мы понимаем, было нелегко выполнить эту работу в условиях отсталой России, в которой царило самодержавие. Однако тот пример, который нам подали Ленин и его товарищи, чтобы выполнить поставленную задачу, не мог не встать поперёк горла оппортунистической тенденции, стремившейся внедриться в Рабочее движение, прокладывшей себе дорогу в России (также как она уже сделала в Германии, Франции и т. д.), поднимая знамя «Свободы критики», заточенное против марксизма.
Об этой тенденции Ленин писал в 1902 году в своей работе «Что делать?» (ПСС, т.6):
«В чем состоит «новое« направление, которое «критически» относится к «старому, догматическому» марксизму, это с достаточной определенностью сказал Бернштейн и показал Мильеран.
Социал-демократия должна из партии социальной революции превратиться в демократическую партию, партию социальных реформ. Это политическое требование Бернштейн обставил целой батареей довольно стройно согласованных «новых» аргументов и соображений. Отрицалась возможность научно обосновать социализм и доказать, с точки зрения материалистического понимания истории, его необходимость и неизбежность; отрицался факт рас-тущей нищеты, пролетаризации и обострения капиталистических противоречий; объявлялось несостоятельным самое понятие о «конечной цели» и безусловно отвергалась идея диктатуры пролетариата: отрицалась принципиальная противоположность либерализма и социализма; отрицалась теория классовой борьбы, неприложимая будто бы к строго демокра-тическому обществу, управляемому согласно воле большинства, и т.д.».
Эта «критика» марксизма, как объясняет Ленин в продолжении, была потом обрушена через значительное время «и с политической трибуны, и с университетской кафедры, и в массе брошюр и в ряде ученых трактатов. Так как вся подрастающая молодежь образованных классов в течение десятилетий систематически воспитывалась на этой критике, то неудивительно, – продолжает Ленин, – что «новое критическое» направление в социал-демократии вышло как-то сразу вполне законченным, точно Минерва из головы Юпитера».
Вопреки протекшему времени и большому опыту, полученному рабочим движением и международным коммунистическим движением, эта «критика» социал-демократами «старого» марксизма остаётся актуальной; сюда же следует присовокупить критику ленинизма современным ревизионизмом. Такая критика, о чём едва ли стоит лишний раз повторять, имеет несмываемое клеймо берштейнианства. И, по большому счёту, не отличается ни в каком существенном аспекте от идей парламентских политиков, кои защищают «старый» ревизионизм, о котором говорил Ленин в цитируемом выше труде.
В своей теоретической и практической работе Ленин всегда базировался на учении и на принципах, разработанных Марксом и Энгельсом в XIX веке. Согласно этому учению, Ленин привносил новые идеи и принципы, соответствующие новой стадии развития капитализма (фазе империалистической или монополистической), революционные идеи и принципы, которые имеют универсальную ценность. Можно сказать, что они применимы не только к условиям России, но также и ко всем странам.
Ленин не ограничивал себя применением «буквы» марксизма, он всегда сверял свою точку зрения и позицию с интересами рабочего класса (выд. нами – ред.) Ленин многократно подчёркивал, что развитие теории есть важнейшая часть общей задачи по строительству Партии. Следовательно, он защищал идею, согласно которой «без революционной теории нет революционного движения» («Что делать?»).
В полемике и идеологической борьбе против «экономистов» (последователей стихийной экономической борьбы рабочего класса), Ленин защищал принцип, сформулированный Энгельсом.
Этот принцип гласит, что революционный пролетариат ведёт борьбу на экономическом, политическом и идеологическом фронтах.
Ленин выявил, что противоречия между трудом и капиталом, между различными группами монополистов, между различными империалистическими державами и между монополиями и колониями, обостряемые империалистической экспансией и собственными законами экономического развития, превращают капитали-стическую систему в «загнивающий капитализм».
Наша Партия, Коммунистическая Партия Испании (восстановленная), множество раз писала по этим вопросам в последние десятилетия, и очевидно, что мы не собираемся оставлять этой темы. Тем не менее, моё внимание максимально привлекает вот что — то, что кажется «новой» модой отрицать актуальность ленинизма во всех фундаментальных вопросах и принципах, противопоставляя ей идеи «неолиберальной глобализации».
Эта «новая» тенденция проповедует новый этап развития капитализма, в котором, предположительно, исчезают противоречия и столкновения между группами монополистов, исчезают экономические кризисы перепроизводства, формируется мировое правительство под неоспоримой гегемонией США et cetera.
Нет сомнений, что за тот огромный период времени, который прошёл с тех пор, как Ленин написал свою работу об империализме, произошло немало важных изменений политического, экономического, технологического и социального характера. Однако никакое из этих изменений не преобразило природу класса капиталистов, не изменило ни его экономико-социальной структуры, ни законов, по которым он живёт. Законов, которые для изучивших марксизм-ленинизм являются основой, на которой зиждется стратегия и тактика революционной борьбы пролетариата.
Эта «новая» теория, которая входит в моду (как наша Партия подчёркивала во многих статьях и документах), происходит из теории «ультраимпериализма», выдвинутой Карлом Каутским, теорией, которая была полностью опровергнута и развенчана по всем пунктам Лениным в его труде «Империализм как высшая стадия развития капитализма» (ПСС, т.27).
Но сегодня получается, что, как он указывал, кажется, мы входим в «новую стадию» развития капитализма, характеризующуюся гегемонией янки. Некоторые предлагают рассматривать это вот каким образом: Ленин, мол, был прав для своего «момента» истории, в глубине своей русской души (крайне набожной), он якобы предался «эмоциям», которые вызывало кровопролитие империалистической войны, и утерял зоркость исторической перспективы. Поэтому он якобы не мог проникнуть взглядом на всю глубину всех экономических и социальных факторов, которые помогают капитализму избежать конечного кризиса и войти в некую «новую стадию» экономической экспансии, стадию «длинной пращи».
Я не имею ни времени, ни достаточно места, чтобы оспаривать во всём объёме и в деталях все «критические» рассуждения по поводу труда Ленина, ни ту новую форму, в которой они предстают. В тени всего этого прячется старая ревизионист-ская теория об «ультраимпериализме». То, на что интересно сейчас обратить особое внимание, как я уже указывал, это выше упомянутая «новая» теория, которую Ленин уже разбил научными методами в вышеупомянутом труде, одна из основных целей которого состояла в развенчании обмана и намерений таких политиков-оппортунистов, как Карл Каутский.
Ленин проанализировал развитие капитализма от его начала до его финального этапа. То есть до его упадка по всему миру и начала новой эры пролетарских революций. В своём учении и анализе Ленин основывался, как известно, как на экономическом труде Маркса («Капитал»), так и на эмпирических данных и статистике, содержащейся в многочисленных трудах буржуазных экономистов и социалистов (таких как Гобсон и Гильфердинг), которые работали над теми же проблемами, связанными с империализмом. Таким образом мы можем убедиться с абсолютной ясностью, что анализ, который сделал Ленин касательно империализма, меньше всего привязан к «моменту» и «эмоциям», которые могли быть вызваны масштабным кровопролитием империалистической Первой Мировой Войны.
Вероятно, всё намерение «критиков» Ленина состоит в том, чтобы не позволить увидеть выгодность войн для империализма, наглядное разоблачение, что империалистические войны есть одна из черт империализма, являясь результатом или следствием развития финансового капитала. Сейчас такую империалистическую войну осуществляют члены НАТО на Украине против России, и те же члены НАТО готовят подобную войну против Китая.
Кажется также, что следует не упускать из виду «критиков» Ленина с позиций «Большой силы». Сами они достигли огромного влияния, которое они оказывают на массы при помощи аппарата империалистической пропаганды. При этом растущая фашизация форм власти монополистической буржуазии сочетаются с подрывной деятельностью и смущением умов, чего добиваются лакействующие перед империалистами ревизионисты, чтобы направить энергию масс на дорогу парламентаризма и примирительства. Всё это помогает буржуазии продолжать удерживать революционный порыв, оттягивать социалистическую революцию, и всячески задерживая время её наступления.
Поборники теории «ультраимпериализма» также забывают, или не берут в рассчёт, что Ленин не зря говорил, что империализм охватывает «целую историческую эпоху», характеризующуюся практически постоянными экономическими, политическими и социальными кризисами и приливами и отливами революций, которые в конце концов смоют капитализм навсегда.
«Монополии, олигархия, стремления к господству вместо стремлений к свободе, эксплуатация всё большего числа маленьких или слабых наций небольшой горсткой богатейших или сильнейших наций — всё это породило те отличительные черты империализма, которые заставляют характеризовать его как паразитический или загнивающий капитализм». («Империализм как высшая стадия развития капитализма»)
Всё это, очевидно, остаётся актуальным положением дел в мире, и эту реальность не может отрицать никто мало мальски информированный. То, чего нельзя делать ни в каких обстоятельствах – это назначать «дату», «фиксированный срок» для «падения» империализма в «последней битве». Касательно последнего вопроса Ленин очень ясно выразился в своей речи, произнесённой на втором Конгрессе Коммунистического Интернационала, проведённого в августе 1920-ого года:
«Мы подошли теперь к вопросу о революционном кризисе, как основе нашего революционного действия. И тут надо прежде всего отметить две распространенные ошибки. С одной стороны, буржуазные экономисты изображают этот кризис как простое «беспокойство», по изящному выражению англичан.
С другой стороны, иногда революционеры стараются доказать, что кризис абсолютно безвыходный. Это ошибка. Абсолютно безвыходных положений не бывает. Буржуазия ведет себя, как обнаглевший и потерявший голову хищник, она делает глупость за глупостью, обостряя положение, ускоряя свою гибель. Все это так. Но нельзя «доказать», что нет абсолютно никакой возможности, чтобы она не усыпила такое-то меньшинство эксплуатируемых такими-то уступочками, чтобы она не подавила такое-то движение или восстание такой-то части угнетенных и эксплуатируемых. Пытаться «доказывать» наперед «абсолютную» безвыходность было бы пустым педантством или игрой в понятия и в словечки. Настоящим «доказательством» в этом и подобных вопросах может быть только практика. Буржуазный строй во всем мире переживает величайший революционный кризис. Надо «доказать» теперь практикой революционных партий, что у них достаточно сознательности, организованности, связи с эксплуатируемыми массами, решительности, уменья, чтобы использовать этот кризис для успешной, для победоносной революции» (Ленин, ПСС, Том 41, стр 227-228).
* * *
В продолжение сделаем краткое, очень краткое резюме ленинизма, на базе тех заметок, которые взяты из книги «Марксистско-ленинский вопрос формаций», которые мы разработали ещё в 1982 году в тюрьме Геррера де ла Манча группой политических заключённых из КПИ(в) и из ГРАПО (Группы антифашистского сопротивления первого октября). Мы сформировали эту группу в следственном изоляторе и назвали «Коммуна Карла Маркса».
В период обострения классовой борьбы, в период революционной мобилизации пролетариата для осуществления социалистической революции старые партии Второго Интернационала, воспитанные в духе парламентаризма и в духе примирения классов, стремились к разгрому пролетариата. Поэтому была необходима партия нового типа, которая вела бы пролетариат на борьбу за власть в государстве.
Эта партия, руководящая авангардом рабочего класса, инкорпорирует в свои ряды самые сознательные элементы, самых лучших и боевитых представителей своего класса и вооружена теорией авангарда.
Как политический лидер рабочего класса, партия должна вбирать в себя опыт революционной борьбы, и поднимать её на новый уровень. Но Партия не плетётся в хвосте стихийного движения, а поднимает массы до понимания истинных интересов своего класса.
Ленин защищал проект партии как монолита, как боевой организации с железной дисциплиной, без фракций в её лоне, которые ослабляют её перед буржуазией и буржуазным государством. Поэтому все члены Партии принимают её программу и политическую линию, поддерживают её экономически и являются членами одной из её ячеек.
Работа Партии основана на принципе демократического централизма. Это означает, что в Партии есть правящий центр: её Центральный Комитет (демократически избираемый на очередном съезде партии), где представлены все активисты и организации, которые они представляют. В Партии все члены имеют одинаковые права и обязанности, могут избирать и быть избранными в органы управления и обязаны подчиняться решениям большинства.
Партию отличает железная дисциплина, которая базируется на подчинении меньшинства большинству, нижестоящих органов вышестоящим, свободе критики и единстве в действии.
* * *
В трудах Ленина выделяется развитие теории Маркса и Энгельса о революционной тактике и диктатуре пролетариата.
Ленин проводил иную концепцию касательно тактики во время буржуазно-демократической революции, продемонстрировав на практике, что в эпоху империализма пролетариат может и должен стоять во главе демократической революции и не отдавать эту роль в руки буржуазии, как уже не раз бывало до этого.
Это позволило пролетариату, уже один раз достигшему демократических целей, без перерыва продолжить борьбу за социалистическую революцию. Также у него есть цель перетянуть на свою сторону массу полупролетариев, чтобы подавить сопротивление крупной буржуазии, в то же время нейтрализуя шатания крестьян и мелкой буржуазии.
Проблема государства также притягивала к себе много внимания, так как ревизионисты видят в нём орган примирения классов, и подъём пролетарской революции ставит этот вопрос в повестку дня.
Ленин, развивая марксизм, отметил, что «государство – продукт непримиримости классовых противоречий», что «Государство возникает там, тогда и постольку, где, когда и поскольку классовые противоречия объективно не могут быть примирены» положенным им антагонизмом классовых интересов («Государство и революция», ПСС, т.33). Государство есть инструмент, который используется господствующим классом, чтобы держать трудящихся в угнетённом и подчинённом положении.
Революционный пролетариат должен разрушить буржуазную военно-бюрократическую машину и построить своё собственное государство. Рабочий класс не заинтересован в «вечном» поддержании своего государства, так как понимает историческую неизбежность его исчезновения. Как говорил Энгельс: «Когда государство наконец-то становится действительно представителем всего общества, тогда оно само себя делает излишним».
Но прежде чем настанет этот момент, государство диктатуры пролетариата будет необходимо в процессе трансформации капитализма в коммунизм, чтобы окончательно победить буржуазию, защитить страну от империалистической агрессии и построить социализм. Как объясняет Ленин: «диктатура пролетариата есть наиболее непримиримая и неумолимая борьба против более сильного врага, против буржуазии, чьё сопротивление удваивается с лишением её власти». («Детская болезнь левизны», ПСС, т.41)
* * *
Ленинизм полностью развился, когда противоречия внутри капитализма достигли точки кипения. Ленин показал, каковы были эти противоречия и как капитализм достиг их максимального углубления в начале последней стадии своего развития: стадии монополистической или империалистической.
Монополии поднялись как результат огромного роста концентрации крупной промышленности. Одновременно с этим концентрация производства и формирование монополий создало концентрацию банков и породило финансовый капитал, продукт слияния промышленного и банковского капитала.
Таким образом слились в единое целое традиционный денежный и коммерческий капитал, который издавна был под контролем банкиров, и промышленный капитал, который контролировали предприниматели. Из этого слияния родился финансовый капитал, который оказался в руках банковских монополистических концернов, над которыми господствует новая немногочисленная социальная группа — финансовая олигархия. Эта группа реально господствует над экономической, социальной и политической жизнью страны и всегда навязывает свою волю, разумеется, в своих личных интересах, при посредстве политических партий и государственных чиновников, которые ей служат.
Экспорт капиталов есть другая важнейшая характеристика монополизма. Необходимость в экспорте капиталов возникает в наиболее развитых капиталистических странах, где финансовая олигархия, после того как она сконцентрировала в своих руках огромные материальные и денежные ресурсы, уткнулась в ограничение возможностей инвестирования внутри страны, так чтобы инвестиции гарантировали высокую прибыль. Таким образом формируется относительный «излишек» капитала, который отправляется в те места, где норма прибыли выше, чем в данной стране. Таким образом экономически отсталые страны оказываются вовлечены в круговорот мирового капитала.
Из этой потребности для монополий в новых рынках для своих товаров и для инвестирования капиталов следует борьба между большими империалистическим державами за территориальный передел мира. Разумеется, эта борьба и грабительские империалистические войны не препятствуют обострению всех противоречий империализма, и, в частности, основному противоречию капиталистической системы, противоречию между развитием производительных сил общества и частной собственностью.
При монополизме процесс накопления и концентрации экономики достиг максимального уровня, требуя обобществления процесса производства. Это предполагает наиболее полную материальную подготовку к осуществлению социализма. Разумеется, незыблемость частной собственности на средства производства и господство частной собственности в социальной сфере становится путами, которые препятствуют развитию общества, поэтому оно должно их уничтожить, чтобы не погибнуть. И отсюда противоречия, которые постепенно возрастают и обостряются, порождают борьбу и революционные кризисы.
Мануэль Перес Мартинес
Аранхуэс, тюрьма, апрель 2024 года
Перевод Леа Руж
Из когорты продолжателей
дела героев-республиканцев
Аренас – жизнь в борьбе
Родился в 1944 году в большой и малоимущей рабочей семье, начал работать еще будучи ребенком. Штукатур по профессии, еще будучи очень юным вступает в политическую борьбу, сначала в молодежном крыле коммунистической партии и позднее после предательства каррилистов вступает в OMLE, организацию, из которой в 1974 году родилась новая коммунистическая партия PCE(r).
В 2024 году (1 ноября) Мануэлю Мартинесу исполнится 80 лет. А его партии – 50 лет.
К настоящему времени уже в течение 24 лет Аренас находится в застенках.
Арестован был в 2000г.во Франции (по сговору с испанскими властями). На заседании суда заявил:
«Я виновен в преступлении быть коммунистом с 14 лет и бороться с тех пор, вместе со своими товарищами, с несправедливым буржуазным порядком...»
Газета «Мысль» № 6 |